Рождаются или становятся: Кто такие педофилы и можно ли их вылечить

Что лежит в основе психических нарушений педофилов и можно ли их вылечить? Об этом «РГ» рассказывает заместитель главного врача по медицинской части психиатрической больницы № 3 Екатеринбурга Артак Галоян. Артак Каренович, когда мы слышим о сексуальных преступлениях против детей, невольно говорим: как такое можно совершить, он же неадекватный. А где грань для врача — адекватен человек или нет?

Артак Галоян: Если человек, совершая преступление, отдавал отчет своим действиям и понимало общественную опасность своих действий, он признается вменяемым и, конечно, будет нести ответственность в полной мере. Чикатило, например, несмотря на весь ужас того, что он творил, был признан вменяемым. Но при этом и назвать его здоровым нельзя, у него были явные признаки психического расстройства.

А что становится причиной, почему становятся педофилами?

Артак Галоян: Это могут быть совершенно разные причины: и психотравма, полученная в детстве, и так называемые органические расстройства, и разного рода эндогенные нарушения в организме, то есть шизофрения. Иногда комплекс нарушений. Иными словами, всякий раз это очень индивидуальная история.

Вылечить педофилию можно?

Артак Галоян: Если мы говорим о проявлениях, вызванных шизофренией, то надо признать, что полностью вылечить это заболевание сегодня невозможно. Человеку на протяжении всей жизни необходимо принимать препараты, чтобы сдерживать проявления болезни. Как только он прекращает терапию, заболевание может взять над ним верх. А надо сказать, именно эндогенные заболевания часто являются причиной, вызывающей патологическое влечение к детям и другие нарушения сексуальных "влечений".

Если причины коренятся в психологических нарушениях, в этом случае, да, можно находить и прорабатывать причины и таким образом достигать излечения человека.

Маньяком рождаются или становятся?

Артак Галоян: Если мы говорим о сексуальных маньяках, то все-таки эти патологии проявляются в период полового созревания, то есть первые проявления человек заметит в период гормональной перестройки. Это, кстати, может быть, в том числе, началом проявлений генетически заложенных механизмов.

Никогда не приходилось слышать о женщинах-маньяках. Они есть?

Артак Галоян: Да, просто встречаются значительно реже. В нашей клинике мы наблюдали и женщин с серийными сексуальными преступлениями.

Когда человек почувствовал в себе чудовищную патологическую тягу, он может пойти куда-то, где ему помогут, вылечат?

Артак Галоян: Да, безусловно, есть психиатрические клиники, где работают врачи — психиатры, психологи, сексопатолги. Другое дело, мы понимаем, что зачастую люди не идут за помощью к специалистам. Боятся огласки и т. д. Но по большому счету, если такой человек всю жизнь будет лечиться, принимать препараты, он может никогда не воплотить свою патологическую наклонность.

Где сегодня лечат такого рода людей, признанных невменяемыми?

Артак Галоян: Есть три вида принудительного лечения. Если мы говорим о серийных преступниках, признанных невменяемыми, которым назначено принудительное лечение, то они проходят лечение в стационарах общего, специализированного или усиленного типа. Например, в Волгограде и Казани проводят лечение и наблюдение усиленного типа. Есть клиники общего типа, в которой работаю я, где больные тоже находятся на принудительном лечении. Есть и амбулаторное лечение, когда пациент обязан дома принимать определенные препараты и проходить регулярные осмотры.

Срок лечения определяется состоянием больного, нет такого понятия — приговорить к пожизненному принудительному лечению. То есть пациента могут перевести из учреждения одного типа в другое при улучшении его состояния.

Есть риск, что врач ошибется и посчитает, что больной пошел на поправку, или вовсе выздоровел?

Артак Галоян: Всякий раз это решает комиссия, а не один врач. Кроме того, это подтверждается судебным решением.

За годы работы в клинике вы видели немало людей с сексуальными патологиями. Можно ли по каким-то признакам выделить сексуального маньяка?

Артак Галоян: К сожалению, нет. Все это очень разные люди, без всяких особых отличительных проявлений во внешности.